Предмет: Русский язык, автор: macego

составить связное высказывание о гласных и согласных звуках

Ответы

Автор ответа: vila77
2
алфавит состоит из 33 букв, 10 из которых предназначены для обозначения гласных звуков  - гласные. 21 согласная буква служит для обозначения согласных звуков. Кроме того, в  русском языке есть две буквы, которые никаких звуков не обо­значают: ъ (твёрдый знак), ь (мягкий знак).
Все звуки русского языка делятся на гласные и согласные.
Гласные звуки — это звуки, которые образуются при участии голоса. В русском языке их шесть: [а], [э], [и], [о], [у], [ы].   
 Согласные звуки — это звуки, которые образуются при участии голоса и шума или только шума.
Согласные звуки делятся на твердые и  мягкие. Большинство из них образуют пары.
непарные твердые согласные [ж], [ш], [ц] (т.е. они всегда только твёрдые) и непарные мягкие согласные [ш''], [й], [ч] (т.е. они всегда только мягкие).
Согласные звуки, образованные при участии голоса и шума, называются звонкими ; если в образовании звуков участвует только шум, то такие звуки называются глухими.
Большинство звонких и глухих согласных в русском языке образуют пары по звонкости-глухости: [б] — [п], [б''] — [п''], [в] — [ф], [в''] — [ф''], [г] — [к], [г''] — [к''], [д] — [т], [д''] — [т''], [з] — [с], [з''] — [с''], [ж] — [ш].
Похожие вопросы
Предмет: Английский язык, автор: sashak1994
Предмет: Русский язык, автор: IlyaMaddyson
грамматические основы Он пролежал в больнице весь конец поста и Святую. Уже выздоравливая, он припомнил свои сны, когда еще лежал в жару и бреду. Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу. Все должны были погибнуть, кроме некоторых, весьма немногих, избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований. Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем в одном и заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь, плакал и ломал себе руки. Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать злом, что добром. Не знали, кого обвинять, кого оправдывать. Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе. Собирались друг на друга целыми армиями, но армии, уже в походе, вдруг начинали сами терзать себя, ряды расстраивались, воины бросались друг на друга, кололись и резались, кусали и ели друг друга. В городах целый день били в набат: созывали всех, но кто и для чего зовет, никто не знал того, а все были в тревоге. Оставили самые обыкновенные ремесла, потому что всякий предлагал свои мысли, свои поправки, и не могли согласиться; остановилось земледелие. Кое-где люди сбегались в кучи, соглашались вместе на что-нибудь, клялись не расставаться, — но тотчас же начинали что-нибудь совершенно другое, чем сейчас же сами предполагали, начинали обвинять друг друга, дрались и резались. Начались пожары, начался голод. Все и всё погибало. Язва росла и подвигалась дальше и дальше. Спастись во всем мире могли только несколько человек, это были чистые и избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь, обновить и очистить землю, но никто и нигде не видал этих людей, никто не слыхал их слова и голоса.