Предмет: Математика, автор: Goga227339

Помогите пожалуйста , буду благодарен. Если не смогу показать училке , то светит двойка в четверти..

Приложения:

Ответы

Автор ответа: leradochkina06
1

Ответ:

(2х-3)(х+5)<0

2(х-3)(х-(-5))<0

х=3 х=-5

отв.: хє (-5;3)

-(х-2)(9-х)(х+10)>=0

(х-2)(х-9)(х-(-10))>=0

х =2 х=9 х=-10

отв.: хє [-10;2] [9;+бесконечность(не могу найти значок)]


sabirzelena: первое неравенство не верно решено: 2 в скобке должна быть , посмотри. Второе неравенство верное.
sabirzelena: поэтому х=3/2
sabirzelena: я решила 3 и 4 неравенство , но добавить не могу..... Нет кнопки...
Похожие вопросы
Предмет: Русский язык, автор: лиза1716
Нужно составить план,помогите пожалуйста !


Как-то под вечер,когда мы с Борисом Житковым возвращались на лодке домой, сорвался сильный

ветер и погнал нас прямиком на волнорез.Разгулявшиеся волны словно задались целью шваркнуть нас со всего размаха о гранит волнореза .Мы гребли из последних сил ,чтобы добраться до гавани,прежде чем нас ударит о камни. 

Это оказалось невозможным, и вот нас подняло так высоко, что мы на мгновение увидели море по ту сторону мола, потом бросило вниз, как с пятиэтажного дома, потом обдало огромным водопадом, потом с бешеной силой стало бить нашу лодку о мол то кормою, то носом, то бортом. 

Я пробовал было отпихнуться от волнореза веслом, но оно тотчас сломалось. Я одеревенел от отчаяния и вдруг заметил, или, вернее, почувствовал, что Житкова уже нет у меня за спиной. Была такая секунда, когда я был уверен, что он утонул. Но тут я услыхал его голос. Оказалось, что в тот миг, когда нас подняло вверх, Житков с изумительным присутствием духа прыгнул с лодки на мол, на его покатую, мокрую, скользкую стену и вскарабкался на самый гребень. Оттуда он закричал мне: 
- Конец! 

"Конец" - по-морскому канат. Житков требовал, чтобы я кинул ему веревку, что лежала свернутой в кольцо на носу, но так как в морском лексиконе я был еще очень нетверд, я понял слово "конец" в его общем значении и завопил от предсмертной тоски. 

К счастью, сторож маяка увидал катастрофу и поспешил мне на помощь. Со страшными ругательствами, которых не могло заглушить даже завывание бури, с искаженным от злобы лицом он швырнул мне конец веревки и вместе с Житковым втащил меня, дрожащего, но невыразимо обрадованного, на мокрые камни мола и тотчас же занялся нашей лодкой: зацепил ее длинным багром и велел подручному ввести ее в гавань, после чего с новым ассортиментом ругательств накинулся на меня и Житкова, требуя, чтобы мы следовали за ним на маяк. 
Я ожидал необыкновенных свирепостей, но он, не переставая браниться, дал нам по рюмке перцовки, приказал скинуть промокшее платье и бегать нагишом по волнорезу, чтобы скорее согреться. Потом уложил нас на койку в своей конуре, прыкрыл одеялом и, усевшись за опрокинутый ящик, взял перо, чтобы составить протокол о случившемся. 
А я был порожен храбростью своего верного и надежного товарища