Предмет: Математика, автор: zlata7077

найти дроби 1/3 и 1/7 Приведите дроби к общему знаменателю​

Ответы

Автор ответа: iriskakakmiska
0

21

Пошаговое объяснение:


zlata7077: мне надо как ты узнал(а) что 21
Автор ответа: ameliasimonova23
1

1. Находим НОК 3 и 7 (это 21);

2. Домножаем числитель каждой дроби до 21:

21÷3=7 — 1×7=7

21÷7=3 — 1×3=3

3. Получается:

7/21 и 3/21

Удачи)

Можно пж лучший ответ)))


zlata7077: лучший ответ
Похожие вопросы
Предмет: Русский язык, автор: настя3548
Предмет: Русский язык, автор: Tupik156
Напишите пожалуйста краткое изложение, Разделите текст на 3 части.
Шаляпин в гостях у Горького

Я сидел в полутемной комнате, погруженный в чтение какой-то статьи, и не слышал звонка в передней. Подняв глаза, я увидел огром­ную фигуру в распахнутой медвежьей шубе и бобровой шапке. Это был Шаляпин. До этого я его видел только на страницах журналов.

Он спросил хрипловатым голосом, дома ли Алексей, потом по­дошел ко мне и бесцеремонно взглянул в мою книгу.

— Филолог? Энтузиаст? По вихрам вижу, — сказал он мне, и я не нашелся, что ему ответить.

Величественным шагом Шаляпин направился в библиотеку. Он шел, как идут на сцене знатные бояре, окруженные челядью. Ничто не нарушало спокойствия на его лице. Вдруг откуда-то выскочила, оглушительно лая, Буська, коричневый бульдог, любимица всей се­мьи. Она пришла в ярость от запаха медвежьей шкуры: ее янтарные глаза вспыхнули искрой собачей ненависти, упругие ляжки напряг­лись перед прыжком.

— Ах вот ты как! — прогудел Шаляпин. Через мгновение он уже был на четвереньках и мелкими шагами приближался к Буськи. Поля его шубы волочились по паркету, и в этот момент он был очень по­хож на только что вылезшего из берлоги медведя — даже рявкнул пару раз. Что сделалось с несчастной собакой! От неожиданности она спряталась под диван! Шаляпин встал и продолжил свое величе­ственной шествие к дверям библиотеки, где стоял Горький и давился от смеха.

В эти дни Шаляпин часто бывал в кронверкской Квартире, так как тот зимний сезон он играл в театре Народного дома, там же на Крон­веркском. После спектакля он часто заезжал к Горькому на ужин, и я привык видеть его больше в домашней обстановке, чем на сцене. Я до сих пор ясно вижу, как он сидит за столом, поглощая закуски и салаты. Он что-то оживленно рассказывает, а сам тянется к соусни­ку, торжественно развернув ребром ладонь. И все знают, что он только что пел Олоферна. Даже глаза у него сужены по-восточному. Иногда он бессознательно подносит руку к несуществующей завитой бороде, а сам рассказывает про Нижегородскую ярмарку, или хвалит какое-то испанское вино, или передает последний театральный анек­дот.