Предмет: Английский язык, автор: Luciuos

Напишите,пожалуйста,сочинение  о пользе или вреде телевизора

Ответы

Автор ответа: ПростоЛёка
19

Millions of people are fond of watching. There are many different TV programmes, shows, soups, interesting films, advertisements, news, plays to watch on TV.

My parents spend a lot of time watching everything. Of course, sometimes they show something interesting but not very often.  If somewhere something important or dangerous takes place journalists will report these events on TV, but their endless soups are awful.

Other people say that television is becoming a national disease. I agree with them. 

Lots of my friends are fond of watching but I have to confess, I hate TV programmes. I think it's waste of time. And I think that they damage their eyes, become lazy, put on their weight and have no time to do sports or to read books. 

I prefer doing sports, playing games in the open air and taking part in different sport competitions.

 

Миллионы людей любят смотреть телевизор. Есть много различных телевизионных программ, шоу, сериалов, интересных фильмов, рекламных роликов, новостей, пьес, которые можно посмотреть по телевизору.
Мои родители проводят много времени, смотря все подряд. Конечно, иногда по телевизору показывают что-то интересное, но не очень часто. Если где-то что-то важное или опасное происходит, журналисты сообщат об этих событиях по телевидению, но их бесконечные сериалы - это ужасно.
Другие люди говорят, что телевидение становится национальной болезнью. Я с ними согласен.
Многие мои друзья любят смотреть телевизор, но я должен признаться, я ненавижу телевизионные программы. Я думаю, что это пустая трата времени. И я думаю, что они портят зрение, становятся ленивыми, увеличивают свой вес и не имеют времени, чтобы заниматься спортом или читать книги.
Я предпочитаю заниматься спортом, играть в игры на открытом воздухе и принимать участие в различных спортивных соревнованиях.

Похожие вопросы
Предмет: Русский язык, автор: MenaSdesNet
План текста!Срочно помогите очень нужно!!!
Осень — пора подведения итогов походов и экспеди­ций. Была и у нас в августе экспедиция: на лодках мы прошли реку Воронеж.

«Она всё ещё хороша...» — сказал о реке, беседуя с нами, житель села Кузьминки Савелий Васильевич.

Наш первый лагерь — у Дальнего. Проснулись — над водой молочный туман. Два пастуха, один с лодки, дру­гой с берега, ловят плотву; чуть в стороне в воде стоит цапля, караулит лягушек. В деревеньке поют петухи. Старуха ведёт на берег телёнка. А над палатками воз­душный бой: сокол подстерёг ласточку, но не сбил с пер­вого раза, повторяет атаки — взмывает и падает вниз...

Вверх от Дальнего река показалась нам райским местом, непочатым, не тронутым человеком. Над во­дой, над цветами кувшинок висели стрекозы. Изумруд­ными челночками проносились над гладью плёсов ры­баки-зимородки. Дубовый лес плотной и страшноватой стеной обступал реку.

Правый высокий берег почти везде покрыт дубня­ком. Это тот самый дорогой корабельный лес, на кото­ром царь Пётр остановил взгляд, выбирая место для первой российской верфи.

Выбираясь из леса, река повсюду тощает. Обшир­ные, полноводные и бездонные, кажется, плёсы пре­вращаются вдруг в неширокий и неглубокий поток, вьющийся по лугам. Река и тут хороша. Камыш, осока, рогоз ресницами обрамляют прихотливую ленту воды. Тут видишь: река обжита. Копёнки сена на берегу. Брод-переезд. Коровы. Гуси. Мальчишки с удочками. На буграх цепочки приземистых изб.
В этих местах особо чувствуешь живительную необ­ходимость воды на земле. Видишь, как всё живое укрепляется возле воды. Река, петляя, отдавала свою благодать рассыпанным по равнине домам, рощицам, водопоям, гусиным затонам, мокрым лужкам, синев­шей в пойме капусте. Радуясь этим извивам воды, мы вспоминали ретивых любителей «выпрямлять реки». Почти всегда спрямить реку — это значит обворовать землю... Левый берег, как правило, низок. Растут тут чёрный ольшаник, осина, ивы, черёмуха, а на песча­ных сухих возвышениях — сосны.Где-то после Рамони чувствуешь набухание реки. Течение становится еле заметным и потом совсем про­падает. Вода подёрнута ряской, как в старом озере. У села Чертовицкого река покидает привычные берега, реки уже нет — разлив воды, похожий на половодье. Летают чайки. Пучки травы выдают мелководья. Для лодок обозначен фарватер. Это место рекой уже не зо­вут. Это «море», образованное плотиной. Считать ли благом эти «моря» — дело спорное. Бесспорно одно: это была неизбежность. Отощавшая река не могла уже на­поить огромный индустриальный Воронеж.

Селения на реке... Они почти все стоят на буграх правого берега. Селения тут зарождались сторожевыми постами. По реке проходила граница Русского государ­ства с «дикой степью». С весны, «как только молодая трава могла прокормить татарских коней», ожидали набегов. День и ночь на вышках дежурили сторожа. Конское ржание, топот копыт, огни костров — и поды­малась тревога. Рядом с вышкой всегда стоял осёдлан­ный конь. И если опасность была особенно велика, спешно оповещалась вся «сторожевая черта» — наблю­датель пускал стрелу с горящей паклей в бочку смолы, стоявшую тоже на вышке. Сейчас же соседний пост поджигал свою бочку, за ним ещё... Так работал огнен­ный «телеграф». Звонили колокола, палили пушки. Люди с полей и из леса спешили укрыться в городках-крепостях, а войско вовремя выступало навстречу на­лётчикам.

Вышка в Вертячьем удивительно напоминала древ­ний сторожевой пост. Сбитая из дубовых стволов, при­земистая, прочная, она стояла на самой высокой точке бугра. Мы поднялись к вышке, спросили у сидевшего на ней человека, можно ли влезть.

На многие километры открывалась земля с этой вышки. Река внизу, а далее лес, блёстки озёр, поляны, равнина лугов, опять размытый синевой лес. И опять река...